Футбольные матчи
16.10 Самурзакан 2-0 Афон
22.10 Нарт 3-0 Эрцаху
23.10 Афон 5-2 Самурзакан
28.10 Нарт 1(6)-1(5) Афон
-
-

АБХАЗИЯ – ДЛЯ ДИАСПОРЫ, ДИАСПОРА – ДЛЯ АБХАЗИИ. КАК ПОМОЧЬ ДРУГ ДРУГУ?

АБХАЗИЯ – ДЛЯ ДИАСПОРЫ, ДИАСПОРА – ДЛЯ АБХАЗИИ. КАК ПОМОЧЬ ДРУГ ДРУГУ? 30.03.2013 23:49

– Работа Стамбульского Комитета должна обязательно измениться в свете тех требований, которые были выдвинуты на состоявшемся осенью прошлого года в Сухуме шестом юбилейном Конгрессе абхазо-абазинского (абаза) народа, – сказал В. Авидзба. – Я уже не раз встречался с новым руководителем и обсуждал с ним этот вопрос. Планов у него много. Обо всех, тем более тех, что на перспективу, сейчас пока не стоит говорить, они достаточно серьезные. А ныне идет подготовка к 20-летию Победы народа Абхазии в войне с Грузией. Этот праздник и здесь воспринимается людьми всем сердцем, и здесь он – со слезами на глазах. Представители абхазской диаспоры в Турции и защищали свою историческую Родину, и погибали, и деньги для неё собирали, гуманитарную помощь отправляли. Такую поддержку нельзя забывать ни здесь, ни в Абхазии. Поэтому планируется провести в Стамбуле и других городах много мероприятий, будет создана комиссия для их организации – и не только из числа руководителей и представителей самого Комитета солидарности с Абхазией или Ассоциации дернеков, но и из рядовых, так сказать, активных, энергичных абхазов.

Что касается самого Ардащана Бганба, то это достаточно еще молодой человек, образованный, опытный, к тому же, что очень важно, – умеющий читать и писать на родном абхазском языке. Он собирает материалы об Абхазии сегодняшней и прошлой, издает книги. Его семья – с хорошими традициями, почитаемая в Турции. Когда в 20-х годах прошлого века Нестор Лакоба ездил в Турцию, то он останавливался в семье деда Ардащана – Сулеймана Абганба. Главной задачей Нестора Лакоба было тогда вернуть абхазов на их историческую Родину, и в этом ему помогал Сулейман, влиятельный человек в Турции. Сам Ардащан и его брат Ардахан – это деловые люди сегодня, богатые. Их мать была, кстати, из рода Авидзба, она недавно умерла. Сестра Симбер – также образованная, авторитетная женщина, в свое время она перевела на турецкий язык книгу Георгия Гулиа «Повесть о моем отце». Такая вот семья, а это немаловажно в глазах нашей диаспоры для того, чтобы вести общественную работу. Ардащан является членом Комитета солидарности с Абхазией со дня его образования. Когда я приезжал на Новый год в Сухум, то при встрече с Президентом Александром Золотинсковичем Анкваб рассказал ему подробно о смене руководства Комитета. Ардащан – четвертый председатель Комитета. Первым, с 23 августа 1992 года, был Атай Цушба, затем – Джамалеттин Ардзинба, третьим – Ирфан Аргун, он работал с 2000 года.

Нынешние члены Стамбульского Комитета солидарности хотят расширить его состав – в среде абхазской диаспоры много авторитетных и влиятельных, но невостребованных людей, которые могут принести немало пользы. Кто-то считает, что Комитет солидарности исчерпал себя, так как есть Федерация абхазских дернеков, созданная недавно при содействии самого же Комитета, и сделано это было для того, чтобы усилить работу внутри диаспоры. Комитет же занимается в основном внешнеполитическими вопросами. Так что у них разные функции.

– Чтобы не потеряться абхазам в чужой стране, не потерять культуру и самобытность, в первую очередь нужно им не лишиться родного языка. В Турции вроде предвидятся хорошие перемены в этом направлении.

– На встрече с депутатами меджлиса (парламента) премьер-министр Турции Реджеп Тайил Эрдоган сказал примерно следующее: «Мы должны обеспечить условия, при которых в местах компактного проживания адыгов, чеченцев, лазов, абхазов можно организовать обучение родному языку, хотя бы два часа в неделю». И начало этому уже вроде есть в одном из вузов Турции. Однако сами абхазы ничего пока не смогли организовать для обучения в селах и городах, но это не означает, что абхазский язык абсолютно заброшен. В некоторых дернеках городов Стамбула, Инегёля, например, организованы курсы по изучению абхазского языка. Есть и краткосрочные курсы для выезжающих на учебу или работу в Абхазию молодых людей, да и других желающих. Этого, естественно, недостаточно. Существует и проблема преподавателей. Однако есть перспектива – около ста девушек, окончивших Абхазский госуниверситет, замужем за турецкими абхазами и живут здесь, в Турции, и их можно использовать для преподавания абхазского языка. Федерация дернеков планирует это сделать.

– На проходившем осенью Конгрессе абхазо-абазинского (абаза) народа поднималось много проблемных вопросов, в том числе о более конкретной помощи абхазской зарубежной диаспоры из всех стран мира своей Родине – Абхазии. Что в этом направлении предпринимается сегодня в среде абхазской диаспоры в Турции?

– Президент Абхазии Анкваб в дни Конгресса пригласил его участников в Ткуарчалский и Очамчырский районы, чтобы показать, какие там трудности. Естественно, Президент, да и некоторые из нас тоже, ожидали, что кто-то из абхазских предпринимателей, которые были в делегации из Турции, предложит свои услуги, изъявит желание восстановить какие-нибудь объекты. Но никто не откликнулся. Приехав в Турцию, я поднимал перед ними этот вопрос, зная, что деньги есть у многих. Не скажу, что добился больших успехов. Но я все-таки сделаю так, чтобы конкретно несколько человек школу, больницу или детский садик в этих районах, да хоть в Сухуме, отреставрировали или с нуля построили.

Президент, выступая на Конгрессе, говорил о необходимости создания Всемирного абхазского фонда, и это была одна из основных тем, тогда прозвучавших. Мы обязаны поработать добросовестно для ее реализации. Да, Комитет солидарности ее обсуждал, есть понимание, что Фонд нужен самим же представителям диаспоры, которые если не сегодня, то в будущем будут возвращаться на историческую землю, что их обустройство нельзя полностью перекладывать на Абхазское государство. Абхазия вправе ожидать помощи от диаспоры и в социально-экономическом развитии. Неспроста на Конгрессе приводились примеры Израиля и Нагорного Карабаха, которым помогают соответственно евреи и армяне всего мира. Вернувшись сюда, я сам встречался с финансистами из среды диаспоры, другими людьми, говорили о возможности открытия счета в каком-нибудь банке и иных вариантах подхода к решению вопроса. В любом случае это нелегкое дело, и с наскока здесь его не решить.

– На Конгрессе выражалось недовольство составом делегатов, мол, из раза в раз на нем присутствуют одни и те же люди, нет молодежи.

– Конечно, нужна другая форма отбора делегатов. В прошлом году это дело в основном пустили было на самотек, в итоге избрали таких, которые идеи Конгресса не смогли бы, как говорится, донести до соотечественников в Турции. Но на ситуации затем благоприятно сказался приезд в Турцию генерального секретаря Конгресса Геннадия Аламия. Что касается молодого поколения, то, конечно, по-современному образованное и продвинутое, а оно должно быть именно таким, может оказаться очень полезным для общей нашей Родины. Ведь жизнь не стоит на месте, всегда надо делать прорыв, не отставать от мирового развития. Поэтому участие молодежи в Конгрессе – участие деловое, осознанное – необходимо. Комитет и Ассоциация дернеков уже предпринимают шаги в этом направлении.

– В Абхазии известно, что вы, будучи Полпредом нашей страны здесь, в Турции, активно поддерживаете контакты с российским посольством и Генеральным консульством в Стамбуле. Это тоже прорыв, если учитывать многие настроения, имевшие место в среде диаспоры, особенно до признания нашей страны, по отношению к России, которую считают виновницей махаджирства.

– У нас с российским посольством и особенно Стамбульским Генконсульством действительно сложились прекрасные отношения. Их представители звонят, приходят в Представительство Абхазии, спрашивают, если что-то нужно им узнать, участвуют в наших мероприятиях, особенно посвященных памятным датам, например, Дню Победы, 30 сентября, 4 марта и другим. В свою очередь мы – я, руководители и активисты Комитета солидарности, Федерации дернеков – участвуем в проводимых ими мероприятиях. Здесь есть и политическая сторона вопроса. Если раньше эти контакты и были, то на товарищеской основе, теперь они обрели и официальный характер. Турция же после признания нашей независимости Россией больше стала считаться с абхазской диаспорой.

– В какой стадии находится сегодня процесс репатриации?

– Он не стихает. Очень многие рвутся на Родину. Не проходит недели, чтобы ко мне, или в Комитет, или в Федерацию не пришли несколько человек, желающих вернуться в Абхазию. Но с сожалением должен отметить и другое: цель некоторых из них не столько обрести свою историческую Родину, сколько заняться там бизнесом. Хотя нельзя к этому относиться и слишком строго – здесь, в капиталистической стране, в жестких конкурентных условиях, в борьбе за выживание, десятилетиями вырабатывался иной, отличный от нашего, менталитет. Но мы в любом случае должны принимать в Абхазии своих граждан, со временем они адаптируются, а бизнес поможет им жить и не просить постоянно помощи у экономически ещё не окрепшего государства. Приятно, когда возвращаются такие люди, как Таалих Хватыш, Атила Цушба, Ибрагим Авидзба, Октай Чкотуа, они молча, скромно и хорошо работают, помогают Абхазии. Не могу не сказать и о Кемале Атыршба. Хотя корни у него убыхские, он считает себя абхазом, а своей Родиной – Абхазию. Кемал поехал в Абхазию жить и умереть там. Это очень сознательный старец, ему за 80, он обустроился в Гулрыпше. Его сын Кавказ хорошо и давно известен в Абхазии, он также живет там. Другой его сын, Урал, остался в Турции. Знаете, что еще происходит? Многие парни из диаспоры уезжают отсюда в Абхазию, женятся. А потом молодая семья возвращается в Турцию. Почему? А потому, что в соответствии с внутренним законодательством Турции, дети, родившиеся в Абхазии, не получат в наследство от отца ничего из того, что здесь имеется.

– Что существенно изменилось за последние 5 – 10 лет в среде диаспоры?

– Я как-то сидел и думал о том, что сделал, чего не сумел… Зашла в Представительство наша активистка Бедиз Кварацхелия, спросила, о чем думаю. Я ответил. Она говорит: «Посмотри на нас – ты не видишь, как мы изменились? Мы стали больше знать об Абхазии, лучше к ней относиться, возлагать на неё надежды!» Наверное, она права. Я стараюсь бывать в Турции на всех радостных и не радостных мероприятиях, происходящих в среде диаспоры. Я только и рассказываю о наших успехах. И они восторгаются и радуются. Сейчас, приехав после Нового года из Абхазии, я рассказал о том, как стали ярко и красиво освещаться наши автодороги, о реконструированных объектах и новых постройках, о стараниях Президента Александра Анкваб сделать Абхазию благоустроенной, ухоженной, красивой, а быт людей – налаженным.

Я бы, конечно, хотел, чтобы они больше интересовались культурой и историей, просили бы у меня книги, но с книгой они не очень дружат. А что касается истории, то некоторым постарались внушить, что их предки ушли от коммунизма, что их не изгоняли. Вот и приходится мне много рассказывать, аргументировать. Если же слушающая меня публика чуть образованна, я не щажу её, говорю, что есть и другие приоритеты, кроме бизнеса и Корана, который они считают спасением для Абхазии. До сих пор просят построить мечеть в Абхазии, но опять же не за их счет, а за счет нашего государства. Но никто им мечети не обещает, Президент – тоже. И мечеть, считаю, никого особо не притянет. Притягивать должна Родина, родная земля, которую их предки покидали, будучи христианами.

– Но разве с развитием национальной культуры совсем плохо? Есть же ансамбли…

– Конечно. При дернеках (клубах) создаются творческие коллективы. Например, есть танцевальный ансамбль «Редада», который создала Махинур Папба, есть хоровой коллектив, созданный Синаном Папба из Инегёля. К сожалению, часто дети, поющие абхазские песни, не понимают их содержания. В целом я считаю, что в тех же дернеках пока недостаточно делается для того, чтобы пробудить в молодежи интерес к национальной культуре, которая в ней генетически заложена.

– Владимир Джамалович, вам интересно работать в Турции?

– Очень интересно представлять свою страну в чужом государстве, доносить её политику, очень интересно влиять на патриотические, национальные чувства своих соотечественников, ведь моя работа, в основном, тесно связана с ними, и многое я делаю через них. Здесь вообще непочатый край работы, и если еще человек двадцать будут находиться вместе со мной в Представительстве, всем найдется дело. Мы мало учитываем, что у Абхазии и Турции были вековые связи. Абхазским историкам и литераторам, да и вам, журналистам, есть что изучать в Турции. Многие ли знали, что в Стамбуле, на территории дворца Топ-капе (резиденция султанов) стоит стела, привезенная из Сухум-кале, когда туркам пришлось уходить из Абхазии. А Денис Чачхалия, увидевший ее здесь, рассказал недавно о ней в СМИ, впрочем, он на неё взглянул как бы заново – об этой стеле было написано в вышедшей в Гудауте в 1993-м году книге «История Абхазии», в главе «Турки в Абхазии». А все ли знают, что у последнего падишаха Абдула Гамида из пяти жен четыре были абхазками, а пятая – убышкой?! Что во дворце султаната 24 придворные женщины являлись абхазками?! И это был не гарем в традиционном понимании многих, а институт девиц, так сказать, культурный центр, куда добровольно определяли своих девушек абхазы и черкесы, жившие в Турции. И не только они. Из самой Абхазии и Аджарии направляли сюда на воспитание своих дочерей. Почему? А это все надо изучить…

– Насколько я знаю, вы тоже пишете, и не мало.

– Если за 20 лет моего пребывания здесь ничего не напишу – это просто позор. У меня уже две большие папки рукописей, веду также дневниковые записи. О политике, жизни в диаспоре, о фамилиях и родах, в том числе затерянных, мной найденных, о культуре, спорте – о том, о чем ещё не писалось. Но иногда времени не хватает, чтобы этим заниматься…

Интервью брала Заира ЦВИЖБА

Сухум – Стамбул – Сухум

Размещено:
Источник: ГАЗЕТА «РЕСПУБЛИКА АБХАЗИЯ»
Количество просмотров: 1774

Возврат к списку

Наверх