Выборы в Абхазии: «С четвертью голосов шансов у власти быть не должно»

Выборы в Абхазии: «С четвертью голосов шансов у власти быть не должно» 26.08.2019 19:17

В Абхазии состоялся первый тур президентских выборов. Борьбу во втором туре, который состоится 8 сентября, продолжат действующий президент Абхазии Рауль Хаджимба и лидер оппозиции Алхас Квициния. Но вполне, впрочем, парой лидера республики мог быть Олег Аршба, он проиграл считаные десятки голосов Квициния и вчерашний вечер заканчивался для многих наблюдателей уверенностью в выходе во второй тур альянса Аршба — Анкваб.

Результаты первого тура президентских выборов в Абхазии не сильно отличаются от прогнозов многих наблюдателей. Рауль Хаджимба несколько опередил конкурентов, набрав более 23% голосов избирателей. Но два его основных конкурента — Квициния и Аршба шли, что называется, нос к носу.

Пока реализуется «украинский сценарий» хода голосования на выборах президента в Абхазии. Действующий глава государства с высоким антирейтингом в первом туре за счет административного ресурса и наличия электорального ядра добивается четверти голосов избирателей.

Итоги выборов комментирует специалист по Абхазии историк Владимир Новиков.

«Ситуация реально сложилась уникальная. Фактически у нас есть не двойка, а тройка лидеров. Если считать по процентам, то это два процента с лишним отставания Алхаса Квициния и Олега Аршба от Рауля Хаджимба, а если считать по голосам, то все трое отстают друг от друга на сотню-другую голосов. Такого еще в истории абхазских президентских выборов, как я понимаю, не было. Что привело к этому? Несколько причин. Во-первых, достаточно низкая явка. Во-вторых, наличие самого большого количества кандидатов за всю историю президентских выборов. В-третьих, соперничество нескольких кандидатов за одни и те же группы электората. Причем как собственно абхазские, так и неабхазские этнические электоральные группы. Например, было видно, что Рауль Хаджимба, Алхас Квициния и Шамиль Адзынба активно работают с армянским электоратом. Теперь — почему сформировалась именно такая тройка? Каждый из претендентов максимально проявил свои сильные стороны. Причем как личностные, так и командные. Рауль Хаджимба сумел мобилизовать тот электорат, который существует у него с 2004 года. Алхас Квициния стартовал фактически позже всех и сумел за короткое время показать себя как достаточно яркий политик. При этом он и его соратники четко показали, что команда Аслана Бжания (коалиция „Амцахара“ и „Единой Абхазии“, а также молодые политики из ОНД) — это не коалиция случайных попутчиков, а вполне действенная и зрелая политическая команда, которая не только может проводить избирательные кампании, но и, например, они написали детальную программу реформирования страны. Я не даю оценок этой программе, ибо такие оценки — это исключительно прерогатива абхазского общества. Просто подчеркиваю, что такую программу они разработали. Олег Аршба… Хотя тут уместно говорить, что это тандем Олег Аршба — Олег Барциц, где второй участник тандема тоже самостоятельный и интересный начинающий политик. Эти два человека стартовали из сфер, не предполагающих публичную политическую активность, и показали хороший результат. Мне кажется, что у этого несколько причин. Первая — это их личная человеческая и профессиональная репутация. Вторая — это запрос на „третью силу“ в абхазском обществе. Третья — это поддержка экс-президента и нынешнего депутата парламента Александра Анкваб. Мне кажется, что если Олег Аршба или Олег Барциц захотят продолжить политическую карьеру после этих выборов, то они имеют политическое будущее», — считает Владимир Новиков.

В первом туре оппозиционный электорат был поделен между Аршба и Квициния. Объединение этих электоральных баз даже в условиях отсутствия политического соглашения о союзничестве между штабами Аршба и Квициния обеспечит практически гарантированную победу Алхасу Квициния во втором туре. Тем более, результаты всех остальных участников гонки не столь значительны, чтобы даже в условиях перераспределения голосов в сторону одного кандидата дать значительное превосходство над противниками.

По мнению Новикова, говорить о том, что победа у кого-то в кармане, нельзя.

«Мы можем говорить здесь о факторах, которые будут способствовать победе либо Хаджимба, либо оппозиции. Главный из этих факторов — сумеют ли Алхас Квициния и его соратники расширить свой электорат. Расширять свой электорат они могут за счет трех направлений. Во-первых, есть электорат Олега Аршба. Это 21,60%. Во-вторых, это электорат Астамура Тарба, Шамиля Адзынба, Леонида Дзапшба. Суммарно это примерно 16%. В-третьих, это выход за неабхазское этническое поле (армянские, русские и даже греческие голоса). Хотя отчасти это направление совпадает со вторым. Даже если часть электората Аршба, а также Тарба, Дзапшба и Адзынба перейдет на сторону Квициния, то это уже даст большое преимущество оппозиции. Другое дело, что у нас нет объективных и достоверных социологических данных. Это признал в ходе избирательной кампании такой тяжеловес абхазской политики, как Вячеслав Чирикба. А без таких данных мы не можем давать расклады. Например, если взять электорат Олега Аршба, то совершенно очевидно, что часть этого электората захочет отдать свой голос во втором туре Алхасу Квициния, а какая-то часть либо проигнорирует выборы, либо проголосует против всех. Но без социологии мы не можем сделать каких-либо выводов о том, каково соотношение этих частей внутриаршбовского электората», — считает Владимир Новиков.

Помешать победе оппозиции, впрочем, может и естественная для абхазской политической традиции и вообще культуры междоусобица. Сейчас необходимо политическое объединение и готовность со стороны победившего фланга оппозиции обеспечить высокий уровень представленности в новой властной команде представителей команды Аршба и, конечно, постараться заключить полновесное политическое соглашение с Александром Анкваб. Это, кстати, будет первое для оппозиции испытание властью в условиях, когда власти еще нет. Велик соблазн выиграть выборы полностью самостоятельно, но в этом и большой риск. Если оппозиционеры пойдут привычной дорогой, поставив во главе угла память о личных разборках с коллегами-оппонентами, то этим они положат все козыри в карман команды действующего президента.

Оппозиция может серьезно потерять, если в течение этих двух недель до второго тура начнется и естественное для абхазского политического поля брожение и торги — беготня политиков от штаба к штабу за преференциями. Не исключены полностью и попытки команды Анкваба попробовать договариваться с властью. Скорее всего, будут спекуляции на эту тему на уровне паблика и слухов.

Но тем не менее пока вырисовывается «магистральный» в таких случаях ход развития процессов, как это было на Украине. С четвертью голосов избирателей шансов на победу у власти быть не должно.

Но злоупотреблений, давления на избирателей исключать нельзя.

Печальной новостью этой выборной кампании стали результаты молодых политиков, которые как раз в эти годы должны бы заменять собой старое поколение лидеров абхазской политики, которые уже более 20 лет попеременно меняются у власти. Но их даже совокупный электоральный вес очень невелик — немногим более семи процентов.

К сожалению, отношение абхазских политиков к выборным кампаниям как к абхазской свадьбе — к тому, что можно собрать за неделю, — ставит крест на их политических карьерах.

Выигрывают, не важно власть или оппозиция, но системная и профессиональная политика.

За несколько дней до голосования и собственно в день выборов российские политические телеграм-каналы давали абсолютно не имеющую никакой связи с реальностью информацию о предварительных итогах голосования. Их данные по электоральным итогам Рауля Хаджимба, у которого якобы не более 8% голосов избирателей, крайне существенно разошлись с реальностью. Также эти «замеры» предрекали третье место Шамилю Адзынба — его фактический результат был намного скромнее.

О том, что все это значит, говорит Владимир Новиков.

«Начиная примерно с февраля-марта мы могли читать целую серию постов на абхазские темы в топовых каналах „Телеграма“. И сразу бросалось в глаза то, что авторы большинства постов а) слабо разбирались в собственно абхазской тематике, б) подгоняли абхазскую реальность под определенные клише, принятые в определенной московской среде, в) делали чудовищные фактологические и смысловые ошибки (ярчайшая из них — это „открытие“ о том, что якобы Рауль Хаджимба — турок по национальности). Если анализировать контекст постов, то можно увидеть примерно следующее: часть этих постов — была попытка очернить конкретные российские структуры и конкретных должностных лиц, отвечающих за российско-абхазские отношения; часть — это просто попытка нарисовать в черных красках абхазскую политическую реальность и местные политические силы (причем вне зависимости от их политической принадлежности); часть — это просто попытка лоббировать некие проекты, которые к Абхазии имеют отношение косвенно (тут стоит выделить пост одного из каналов, который рассказал о попытке построения нынешними абхазскими властями протурецкой оси „Сухуми — Батуми“ (так в тексте!) и героическом противодействии этому некоего альянса грузинских и российских элит. Заметим, что почему-то такие посты совпадали с активизацией на российско-грузинской площадке грузинской партии „Альянс патриотов“. Конечно, „после того“ не значит „вследствие того“. Но не отметить таких совпадений (возможно, и случайных) нельзя. Если суммировать все, то я считаю, что речь идет о том феномене, который можно назвать „голодный политтехнолог“. Не исключено, что за всеми этими постами стояли какие-то группы или отдельные технологи, которым просто не досталось сейчас работы внутри России и они хотели бы выйти на абхазский рынок. И что все эти „жуткие посты“ были нужны для того, чтобы создать негативный фон вокруг абхазских выборов, их основных участников, российско-абхазских отношений, ответственных за них лиц. И потом предложить всем заинтересованным сторонам услуги по пиар-сопровождению и ликвидации этого негативного фона. Знатоки российских политтехнологических нравов говорят о том, что подобные технологии „наезд — откат“ применялись в российской практике (в частности, на региональных выборах). В принципе, можно говорить и о такой тенденции, как сужение собственно политтехнологического рынка (точнее, его выборного компонента). Сейчас требуются не специалисты по выборам, а, скорее, специалисты по социальным процессам, конкретным регионам, процессам в них. Времена людей, любящих хвастать, что „мне все равно, что рекламировать — президента, губера или мазь для ног“, — уходят. Поэтому такие вот специалисты, понимая, что российский рынок у них уходит, пытаются освоить рынок каких-нибудь постсоветских стран. Будем надеяться, что им это не удастся», — заключил Владимир Новиков.

Антон Кривенюк, специально для EADaily

Размещено: Apsny Online
Источник: https://eadaily.com
Количество просмотров: 2122

Возврат к списку

Наверх